Развитие судебной практики по вопросам применения концепции необоснованной налоговой выгоды в качестве основания для оспаривания правомерности применения международных налоговых договоров

Print Friendly, PDF & Email

31 октября 2018 года Арбитражный суд г. Москвы принял интересное решение по делу ПАО «Банк Зенит»[1] (далее – «Общество»). Дело начиналось как стандартный спор о наличии у иностранных компаний – получателей процентных доходов от источников в Российской Федерации фактического права на данные доходы.Однако налоговые органы, а за ними и суд, желая усилить негативную для налогоплательщика позицию, применили концепцию необоснованной налоговой выгоды в качестве основания для отказа в применении соглашения об избежании двойного налогообложения с Кипром.

Обосновывая данный подход, суд привел следующие аргументы:

• Налоговая выгода не может быть самостоятельной целью деятельности налогоплательщика, оценка обоснованности или необоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды производится исходя из оценки направленности совершенных им операций на достижение определенного экономического эффекта. В случае, если установлено, что целью деятельности налогоплательщика является не достижение экономического эффекта от совершенных им операций, а только получение налоговой выгоды, то вне зависимости от принципов свободы договора и (или) нарушения его контрагентами налоговых обязательств такая выгода признается необоснованной.

• Суд, исследовав денежные потоки, проходившие через кипрские компании, которые выступали формальными получателями процентных доходов с территории РФ, установил, что данные компании осуществляли выплаты полученных процентов компаниям – резидентам Белиза и БВО, которые, имея статус международных компаний (IBC), не подлежали обложению местными налогами. Это, по мнению суда, делает выгодным использование таких компаний для получения пассивных доходов из РФ через «буферные» юрисдикции (например, Кипр).

• Суд установил, что кипрские компании фактически не выполняли реальных функций по эффективному управлению собственными активами и распоряжению получаемым доходом, что в совокупности с фактами регулярного транзита получаемых денежных средств в адрес иных иностранных организаций, зарегистрированных в офшорных юрисдикциях, свидетельствует о том, что основной функцией кипрских компаний является обеспечение благоприятного налогового режима распределения прибыли российской организации при ее выведении в офшорные зоны (в том числе Белиз и БВО).

• Все сказанное, по мнению суда, позволяет заключить, что кипрские компании выполняют функцию технического звена для перечисления денежных средств аффилированным с заявителем иностранным компаниям, зарегистрированным в оффшорных юрисдикциях, с единственной целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Специалисты налоговой практики Dentons, с учетом имеющегося у них опыта консультационной и претензионной работы по вопросам применения концепции лица, имеющего фактическое право на доход (бенефициарного собственника), и концепции необоснованной налоговой выгоды будут рады оказать помощь в выявлении и минимизации соответствующих налоговых рисков применительно к совершаемым внутрироссийским и трансграничным сделкам, а также в сопровождении налоговых проверок и отстаивании интересов налогоплательщиков в налоговых органах и судах по данным вопросам.

[1] Дело №А40-193386/17-107-2862